о1: Фрэнк всегда хотел показать себя: родителям, младшим братьям, последним — показать пример, как нужно вести себя, чтобы добиться чего-то в жизни. Будто родители не были тому примером — оба учёные, преподаватели в высшем учебном заведении, которые создали крепкую семью, — как они думали. С возрастов Фрэнк хотел лишь добиться одобрения родителей больше, чем младшие братья, которые только делали первые шаги в каких-либо начинаниях: будь то шахматы или первый забитый гол. Но в поле зрения именно Фрэнк — для его родителей всегда Фрэнсис — должен быть номером один, а не нянькой для своих родных братьев, которые со временем стали своеобразной обузой — время, которое парень откладывал на учёбу, занимало чуть ли не девяносто процентов всего дня, а мелкие под ногами только отнимали лишние минуты;
о2: где по мнению старшего из сыновей Спилсбери лучшее обучение в медицине? В США, что большинству чопорных британцев не докажешь. Он, уроженец Йорка, считал, что в родной стране не добьётся таких больших успехов, как за океаном. А Фрэнк всегда хотел быть лучшим;
о3: отец лишь делал вид, что признавал увлечение сына анатомией, его видением дальнейшей судьбы в области медицины, несмотря на свои долгие годы трудов. Наука — сложный и долгий процесс, возможно, ей нужно отдать всю свою жизнь, посвящая этому каждую секунду — мог ли Фрэнк постоянно доказывать обратное, когда отец был каменной стеной? А ещё и с его амбициями заполучить грант на обучение? Нет, Фрэнк способен лишь на меньшее. Сын более прекратил спорить с отцом, доказать свою правоту, просто решил молчать до определенного времени, пока не получит положительный ответ. И он получил, доказав, что не будет скован границами одной страны; и надежды, что несмотря на все нарекания от отца, он признает достижения его, первого, старшего сына;
о4: один, в чужой стране, где трудно найти друзей, когда посвящаешь библиотеке больше времени, чем девочкам: хоть первокурсницам, хоть выпускницами. Хотя кто сказал, что библиотека — не лучшее место для заведения первого разговора, который даже может перерасти в свадьбу? Только для такого торжества ‘свадьба’ — громкое слово. Им было по двадцать два: британец и американка, которые во время летних каникул пытались почувствовать себя самостоятельными и действительно взрослыми, на некоторое время прерывали разговоры о будущем медицинском и занимались подработкой. Это был первый скачок в жизни Фрэнка от ‘посмотрите на меня’ до ‘посмотрите, какая у меня красивая будущая жена’. Правда, без кольца с бриллиантом и без пышного подвенечного платья. Просто роспись, просто официальный статус. А от родителей никаких новостей, от родителей — никаких поздравлений, когда Фрэнк сам поделился новостью. Теперь я — официально взрослый. Или желание что-то доказать никуда не исчезло, а лишь на время растворилось в тумане чувств?
о5: эта связь завершилась трагедией, начавшаяся с типичной ссоры: где будут проходить резидентуру, где им (или ему?) будет лучше. Ночь закончилась её побегом в порыве эмоций. Итог: тело нашли в озере через несколько дней. Почему именно там? По её же собственным словам избегала открытого водного пространства из-за гибели подруги в детстве. Тогда случился первый в жизни Фрэнка допрос, его эмоции изучали словно он изучал тело до мельчайших деталей. Дело вскоре закрыли, и это не был несчастный случай: попала в руки не того, когда хотела поймать машину;
о6: пять стадий принятия Фрэнк не мог пройти — всё время останавливался на ‘торгах’. И каждое новое принятие решения ему стали даваться труднее, впервые стал сомневаться в себе и следующие четыре года он ощущал себя, как на каторге, только на эмоциональной. Время от времени даже полное погружение в учёбу не помогало, состояние Фрэнка усугубилось ночными кошмарами;
о7: и вновь по кругу: девушка из резидентуры — той клиники, которую Фрэнк считал одной из лучших, куда смог попасть благодаря своими силами, несмотря на препятствия после трагедии. Только относится к большинству вещей стал холодно, вёл расчёты в своей голове вплоть до того, что умница-красавица поможет стереть образы, воспоминания о бывшей жене? Могла бы, но только не в случае Фрэнка — уже не было того чувства, которое испытывал ранее, они словно заключили сделку, а она изначально не знала — Спилсбери не делился подробностями своих прошлых отношений;
о8: а рассказал бы, то предупредил? Нет, так только в кино бывает. И для второй, да, уже жены, и ей уже надел кольцо на безымянный палец через полгода. А та была из Ирландии, которая так же хотела найти своё будущее вдали от семьи, в которой родилась. И большинством сходств Фрэнк пользовался как способом выражения любви к ней. Дальнейшее решение второй жены покончить жизнь самоубийством была ли связана с показательным отношением Фрэнка. Возможно, предсмертная записка ‘прости, что не могла тебе ответить взаимностью’ сказала больше, чем длинные страницы книг. Фрэнк готовился к допросам как обязательной процедуре в подобных делах, но это быстро закрыли: ни следов насилия другим, ни других улик, доказывающих, что желание уйти из жизни девушку было не добровольным;
о9: вновь третья стадия принятия. Ночные кошмары вернулись. Теперь Фрэнк стал зависим от снотворного, а его работа могла только усугубить состояние — и этот вопрос Спилсбери решил по-своему: уйти туда, где смерть можно видеть своими глазами в естественной среде чуть ли не каждый день. Дни подготовки там, где свои проблемы решаешь сам или под строгим командованием. Фрэнк не стал рядовым солдатом с оружием в руках: он нашёл своё место среди погибающих и погибших, первым ещё пытаясь помочь, преодолевая борьбу со своими страхами;
1о: Фрэнк сам не мог понять, каким человеком он вернулся спустя два года к простой жизни, от которой сбежал изначально. Но кошмары закончились ещё на поле боя, когда происходящее воспринималось как привычное. Только круг снова замкнулся, казалось: но Фрэнк выбрал для себя другое место, где хотя бы смог сделать попытку обнулить всё и начать с чистого листа. Где-то пришлось учиться заново, и за это время Спилсбери понял: страх смерти поборол дважды, а седая прядь волос остаётся как напоминание;
1₁: никаких путей, кроме дом-работа-дом, иногда после работы появлялся привычный бар недалеко от клиники, Фрэнк не выбирал. Одинокий и отчаянный, что его жизнь выглядит не так, как он представлял её себе, будучи школьником. Ни каких-либо новых открытий, никаких доказательств того, что чего-то стоит в этой жизни. Пока не решил, что спасать он может не только раненых физически, но и морально. Это было убийство — смерть в девяносто девяти процентов случаев была неизбежна. От Фрэнка зависело многое, только он понимал, что лежащий перед ним труп — жертва того, кто пытался защититься. Спилсбери пошёл обманными путями, которые стоили ему карьеры в большом городе. Только тот считал, что был обязан поступить так, как поступил он, впервые — не в угоду себе и своим амбициям, от которых практически ничего не осталось на тот момент;
1₂: теперь он работает и живёт рядом с ней, которую спас, но которая об этом не знала. Теперь этот маленький город, где, как молвят мёртвые амбиции Фрэнка, когда-нибудь оборвётся его судьба. А паб ‘Барсучья нора’ станет переплетением нитей их судеб.
откуда узнали о нас? сарафанное христарадио
